Нищелюбие князя Андрея Боголюбского.

Из Царственного летописца

Древнерусское общество под управлением Церкви в продолжение веков прилежно обучалось осознавать и исполнять и вторую из 2-ух главных заповедей, в каких заключаются весь закон и пророки, – заповедь о любви к ближнему. При публичной безурядице, недочете безопасности для слабенького и защиты для обижаемого, практика этой заповеди направлялась в большей Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. степени в одну сторону: любовь к ближнему считали, сначала, в подвиге соболезнования к страждущему, ее первым требованием признавали личную милостыню. Мысль этой милостыни полагалась в основание практического нравоучения; потребность в этом подвиге воспитывалась всеми тогдашними средствами духовно-нравственной педагогики.

Обожать близкого – это, сначала, накормить голодного, напоить жаждущего, посетить заключенного Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. в темнице. Человеколюбие на самом деле значило нищелюбие. Благотворительность была не столько вспомогательным средством публичного благоустройства, сколько нужным условием личного нравственного здоровья: она больше нужна была самому нищелюбцу, чем нищему. Целительная сила милостыни полагалась не столько в том, чтоб утереть слезы страждущему, уделяя ему часть собственного имущества, сколько в том, чтоб Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., глядя на его слезы и мучения, самому пострадать с ним, пережить то чувство, которое именуется человеколюбием.

Древнерусский благотворитель, «христолюбец», наименее помышлял о том, чтоб хорошим делом поднять уровень публичного благосостояния, чем о том, чтоб возвысить уровень собственного духовного совершенствования. Когда встречались две древнерусские руки, одна с просьбой Христа Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. ради, другая с подаяньем во имя Христово, тяжело было сказать, которая из их больше подавала милостыни другой: нужда одной и помощь другой сливались во содействии братской любви обеих. Вот почему Старая Русь понимала и ценила только личную, конкретную, благотворительность, милостыню, подаваемую из руки в руку, притом «отай», тайком, не только Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. лишь от постороннего глаза, да и от своей «шуйцы» (левая рука. – Прим. ред.).

Нищий был для филантропа наилучший богомолец, молитвенный ходатай, духовный благодетель. «В рай входят святой милостыней, – гласили в старину, – нищий богатым питается, а обеспеченный нищего молитвой спасается». Филантропу необходимо было воочию созидать человеческую нужду, которую он облегчал Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., чтоб получить духовную пользу; нуждающийся был должен созидать собственного милостивца, чтоб знать, за кого молиться. Древнерусские царствуй, намедни огромных праздничков, рано по утрам, делали потаенные выходы в кутузки и богадельни, где из собственных рук раздавали милостыню узникам и призреваемым, также посещали и раздельно живших убогих людей.

Как тяжело Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. изучить и вылечивать заболевания по рисунку либо манекену хворого организма, так казалась малодействительной заочная милостыня. В силу такого же взора на значение благотворительного дела, нищенство числилось в Старой Руси не экономическим бременем для народа, не язвой публичного порядка, а одним из основных средств нравственного воспитания народа, состоящим при Церкви практическим Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. институтом публичного благонравия. Как в поликлинике нужен нездоровой, чтоб научиться вылечивать заболевания, так в древнерусском обществе нужен был сирый и убогий, чтоб воспитать уменье и навык обожать человека. Милостыня была дополнительным актом церковного богослужения, практическим требованием правила, что вера без дел мертва. Как живое орудие духовного спасения Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., нищий нужен был древнерусскому человеку во все принципиальные минутки его личной и домашней жизни, в особенности в минутки грустные. Из него он сделал безупречный образ, который обожал носить в мысли, как олицетворение собственных наилучших эмоций и помышлений. Если б чудодейственным актом законодательства либо экономического прогресса и мед познания Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. вдруг пропали в Старой Руси все нищие и убогие, кто знает, может быть, древнерусский милостивец ощутил бы некую нравственную неловкость, подобно человеку, оставшемуся без посоха, на который он привык опираться; у него оказался бы недостаток в припасе средств его духовного домостроительства.

Тяжело сказать, в какой степени таковой взор на благотворительность способствовал улучшению Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. древнерусского общежития. Никакими способами социологического исследования нельзя вычислить, какое количество добра вливала в человеческие дела эта каждодневная, неразговорчивая, тысячерукая милостыня, как она приучивала людей обожать человека и отучала бедняка непереносить обеспеченного. Явственнее и осязательнее обнаруживалось значение таковой личной милостыни, когда нужда в благотворительной помощи вызывалась не горем отдельных Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. несчастных жизней, а народным физическим бедствием. Природа нашей страны давно была хорошей, но время от времени бывала своенравной мамой собственного народа, который, может быть, сам же и вызывал ее своенравие своим неуменьем обращаться с ней. Недороды и неурожаи были нередки в Старой Руси. Недочет экономического общения и административной Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. распорядительности превращал местные недоборы продовольствия в голодные бедствия.

Такое бедствие случилось сначала XVII в., при царе Борисе. В 1601 г., чуть кончился вешний сев, полили жуткие дождики и лили все лето. Полевые работы закончились. Хлеб не вызрел, до августа нельзя было начать жатву, а на Успеньев денек внезапно стукнул крепкий мороз и Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. побил недозревший хлеб, который практически весь остался в поле. Люди питались остатками старенького хлеба, а на последующий год посеялись кое-как собранным зяблым зерном нового урожая; но ничего не поднялось, все осталось в земле, и наступил 3-х летний голод. Правитель не жалел казны, щедро раздавал в Москве Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. милостыню, предпринял необъятные постройки, чтоб доставить заработок нуждающимся.

Прослышав об этом, люд массами повалил в Москву из неурожайных провинций, чем усилил нужду в столице. Началась мощная смертность: исключительно в 3-х казенных столичных скудельницах, куда правитель повелел подбирать бесприютные жертвы, за два года и четыре месяца их высчитали 127 тыс Нищелюбие князя Андрея Боголюбского.. Но неудача сотворена была в значимой мере искусственно. Хлеба оставалось достаточно от прежних урожаев. После, когда самозванцы наводнили Русь шайками поляков и казаков, которые своими опустошениями закончили посевы на широких местах, этого запасного хлеба много лет хватало не только лишь на собственных, да и на противников. При первых признаках Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. неурожая начала разыгрываться хлебная спекуляция. Большие землевладельцы заперли свои склады.

Скупщики пустили все в оборот: средства, утварь, драгоценное платьице, чтоб забрать продажный хлеб. Те и другие не пускали ни зерна на рынок, выжидая больших цен, радуясь, по выражению современника, барышам, «конца же вещи не разумеюще, сплетены смуты слагающе и люд смущающе Нищелюбие князя Андрея Боголюбского.». Хлебные цены были взбиты на ужасную высоту: четверть ржи с 20 тогдашних копеек скоро поднялась до 6 руб., равнявшихся нашим 60 руб., т. е. вздорожала в 30 раз! Правитель воспринимал строгие и решительные меры против зла, воспретил винокурение и пивоварение, повелел сыскивать скупщиков и лупить кнутом на рынках беспощадно, переписывать их припасы и продавать Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. в розницу понемногу, предписывал неотклонимые цены и наказывал тяжкими штрафами тех, кто таил свои припасы.

Сохранившийся монумент вскрыл нам одну из личных благотворительных деятельностей, которые в то время работали понизу, на местах, когда правитель боролся с народным бедствием наверху. Жила тогда в собственном имении вдова-помещица Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., супруга богатого провинциального дворянина, Ульяна Устиновна Осорьина. Это была обычная, обычная хорошая дама Старой Руси, умеренная, боявшаяся чем-нибудь стать выше окружающих. Она отличалась от других разве только тем, что жалость к бедному и убогому, – чувство, с которым российская дама на свет родится, – в ней была тоньше и поглубже, обнаруживалась напряженнее, чем Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. в почти всех других, и, развиваясь от непрерывной практики, равномерно заполнила все ее существо, стала главным стимулом ее нравственной жизни, ежеминутным влечением ее вечно инициативного сердца.

Еще до замужества, живя у тетки по погибели родителей, она обшивала всех сирот и беспомощных вдов в ее деревне, и нередко Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. до рассвета не угасала свеча в ее горнице. По выходе ее замуж, свекровь поручила ей ведение домашнего хозяйства, и невестка оказалась умной и распорядительной хозяйкой. Но обычная идея о бедном и убогом не покидала ее посреди домашних и семейных морок. Она глубоко усвоила для себя христианскую заповедь о потаенной Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. милостыне. Бывало, ушлют ее супруга на королевскую службу куда-нибудь в Астрахань года на два либо на три.

Оставшись дома и коротая одинокие вечера, она шила и пряла. Рукоделье свое продавала и выручку тайком раздавала нищим, которые приходили к ней ночами. Не считая себя вправе брать чего-нибудть из домашних припасов Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. без спроса у свекрови, она в один прекрасный момент прибегла даже к небольшому лукавству с благотворительной целью, о котором дозволительно поведать, так как его не укрыл ее уважительный отпрыск в биографии мамы. Ульяна была очень умеренна в еде, только обедала, не завтракала и не полдничала, что очень беспокоило свекровь Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., боявшуюся за здоровье юный невестки.

Случился на Руси один из частых неурожаев, и в Муромском краю наступил голод. Ульяна усилила обыденную свою потаенную милостыню и, нуждаясь в новых средствах, вдруг стала добиваться для себя вполне завтраков и полдников, которые, очевидно, шли в раздачу голодающим. Свекровь полушутливо Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. увидела ей: «Что это подеялось с тобой, дочь моя? Когда хлеба было вволю, тебя, бывало, не дозовешься ни к завтраку, ни к полднику, а сейчас, когда всем стало есть нечего, у тебя какая охота к еде припала». – «Пока не было у меня деток, – отвечала невестка, – мне пища и на разум не шла Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., как пошли ребята родиться, я отощала и никак не могу наесться, не только лишь что деньком, но нередко и ночкой так и тянет к еде; только мне постыдно, матушка, просить у тебя». Свекровь осталась довольна разъяснением собственной хорошей вруньи и позволила ей брать для себя еды, сколько захочется Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., и деньком, и ночкой.

Эта повсевременно возбужденная сердобольная любовь к ближнему, обижаемому жизнью, посодействовала Ульяне просто переступить через самые застарелые публичные предрассудки Старой Руси.

Глубочайшая юридическая и нравственная пропасть лежала меж древнерусским барином и его холопом: последний был для первого по закону не лицом, а простою вещью. Следуя извечному туземному Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. обычаю, а может быть, и греко-римскому праву, не вменявшему в грех погибели раба от побоев государя, российское законодательство еще в XIV в. провозглашало, что, если государь «огрешится», плохим ударом уничтожит собственного холопа либо холопку, за это его не подвергать суду и ответственности. Церковь длительно и Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. зря вопияла против такового дела к крепостным людям. Десятками наполняя дворы богатых землевладельцев, плохо одеваемая и всегда содержимая впроголодь, челядь составляла массу домашних нищих, более ничтожных сравнимо с свободными общественными нищими. Древнерусская церковная проповедь так и указывала на их господам, как на ближний предмет их соболезнования, призывая их позаботиться о собственных челядинцах Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., до того как протягивать руку с благотворительной копейкой нищему, стоящему на церковной паперти. В усадьбе Ульяны было много челяди. Она ее отлично кормила и одевала, не баловала, но щадила, не оставляла без дела, но задавала каждому работу по силам и не добивалась от нее личных услуг Нищелюбие князя Андрея Боголюбского., что могла, все делала себе сама, не допускала даже разувать себя и подавать воды помыться. При всем этом она не позволяла для себя обращаться к крепостным с кличками, какими душевладельческая Русь прямо до самого 19 февраля 1861 года окрикивала собственных людей: Ванька, Машка, но каждого и каждую называла реальным именованием. Кто, какие социальные теории Нищелюбие князя Андрея Боголюбского. обучили ее, ординарную сельскую барыню XVI века, стать в такие прямые и продуманные дела к низшей подчиненной братии?


nis-itogi-pervih-preobrazovanij.html
nishelyubie-knyazya-andreya-bogolyubskogo.html
nishodyashaya-obrabotka-informacii.html